Какую же другую награду избрали горожане?

Строительство университете

Вильгельм Оранский, желая наградить лейденцев за стойкость и мужество, предложил им выбор: либо снижение налогов, либо открытие университета.

— И тогда площадь огласилась криками: «Университет! Хотим университет!»

Лейден выстрадал награду. После того как испанцы вторично осадили город, Оранский прислал почтового голубя с письмом. Он писал, что его люди уже ломают дальние плотины и, как только ветер нагонит воду с моря, легкие плоскодонные суда морских гёзов придут на помощь осажденным.

Но ветра долго не было, а в городе съели все запасы хлеба. Семь недель лейденцы питались кошками, собаками, крысами. Была выщипана вся трава, вырыты и съедены корни. Голодные дети рылись в сточных трубах, поедая старые сгнившие отбросы. В довершение бед началась эпидемия тифа.

Аристократы и богачи стали требовать сдачи города. Они окружили бургомистра Адриана ван Дер Верфа:

— Отдай ключи от ворот! Испанцы обещают пощадить нас!

— Вы забыли Харлем, — возразил бургомистр. — Там испанцы тоже обещали помилование. Мы поклялись не сдаваться, и я не собираюсь нарушать клятву. Вот вам мой меч. Вы голодны — разделите мое тело. Но, пока я жив, ключей не отдам.

Прошло еще больше месяца, и вот в ночь на 29 сентября в море наконец начался долгожданный шторм. Вода пошла через разрушенные плотины. Три дня спустя флот Вильгельма Оранского двинулся на помощь Лейдену. В пути он потопил несколько испанских судов.

К сильному форту, откуда испанцы обстреливали город, суда гёзов подошли ночью. С палуб видели странное движение огней на дамбе, примыкающей к форту. Наверное, испанцы готовились к обороне. Мутный рассвет 3 октября лейденцы встретили на стенах города. Вдруг они увидели мальчишку, безнаказанно отплясывавшего возле занятого испанцами форта. Это был известный всему городу сирота-пастух. Кончив пляску, он помчался к воротам, неся в руках медную кастрюлю.

— Испанцы ушли! Испанцы ушли! — кричал он.