Что скажите про этот рассказ?

Так вот, время шло. Церковным человеком я не стал (мне за глаза хватало одной молитвы и эпизодических бесед с богом тет-а-тет), но религией интересовался. И я стал интересоваться разными религиями: кто кого считает Богом, как ихнего Бога зовут, что этот Бог делает и что нужно, чтобы быть с ним в хороших отношениях. И когда я спросил Бога «А почему всё у всех так различается в учения про тебя?» он мне как-то откровенно так и искренне прошептал: «А это все не про меня. Это люди просто играют в испорченный телефон, и пока история дойдет от первого до десятого, там уже столько сказочных подробностей, что уже и не разберешь. А если еще учесть, что книги эти священные писали сами люди, записывая рассказы друг друга, то я бы тебе вообще не советовал их всерьез воспринимать. Ну, ты же сказки любил в детстве, да? И сейчас, поди, любишь. Вот как к сказкам к ним и относись. А если хочешь узнать про меня – так спрашивай меня напрямую, и я тебе отвечу». И я стал спрашивать:

— А как я узнаю, что это ты мне отвечаешь?

— А если на душе хорошо и жизнь налаживается – значит, это я тебе отвечаю, а ты, значит, слушаешь. Если же становится все хуже – то это ты какую-то отсебятину несешь вредную: лучше послушай меня и делай по-мудрому.

— А ты есть? И кто ты? Неужто правда дед на небе с облачной бородой?

— Ну, конечно, нет. Делать мне что ли больше нечего, кроме как дедом прикидываться. Это ты меня воспринимаешь как «личность», потому что тебе, человеку, так легче обращаться ко мне и общаться со мной. Но я не какой-то там дед. Я – это все вокруг!

— А тебя можно увидеть?

— Конечно. Оглянись, и ты увидишь. Видишь дерево? – Это я. Видишь бабушку с авосками? – Это тоже я. И вон тот кот, облизывающий свою лапу – это тоже я. И облака на небе – это я…

— Понял, понял, можешь не продолжать. А тебя можно оскорбить?

— Это как?

— Ну, сказать, что ты не настоящий, и этим оскорбить? Или взять святыню – и, сломав ее, оскорбить?

— Ну, во-первых, святыни – это не для меня святыни, и для людей. Я предметы в своем мире не выделяю: все ценно, все часть вселенной. А вот людей, которые какой-то предмет сделали своей святыней, оскорбить можно, да. Только ко мне это не имеет отношения.

— А есть такие, кто гарантированно попадет в рай? Например, священнослужители там, или святые люди, ведущие праведный образ жизни?

— Во-первых, рай – это как «святыня»: это придумали люди. Во вселенной есть один рай: тот, который создает себе человек сам. С адом то же самое. Пекла нет, райских кущ нет. Все делаешь ты. Я ведь создал тебя творцом, вот ты и творишь свой рай/ад себе внутри и снаружи. Так что ко мне – без претензий. Я не глупый управленец, я сразу дал тебе весь необходимый инструментарий, поэтому звать меня и умолять «помоги» – бессмысленно. У тебя все есть, сам все и делай.

— А как же молитва? Я помню, что я читал молитву, и ты мне помогал.

— Это ты сам себе помогал. Просто ты, читая молитву, сам себе разрешил себе же помочь. Когда ты читаешь молитву, не Бог приходит к тебе. Читая молитву, ты настраиваешь себя на Бога. Как только настроил резонанс – сразу стало хорошо.

— А что такое «резонанс с Богом»? И как понять, что он есть?

— А вот когда тебе хорошо – тогда и есть резонанс. А если еще и людям вокруг тебя становится хорошо – значит, резонанс сильный.

….

В какой-то момент слова стали трудноразличимы, потому что, прочувствовав вдруг всем телом и душой картинку «Бог везде и во всем», я вдруг понял, что разговариваю с самим собой, и через себя – с Богом, потому что я часть Бога и есть. И разговор стал течь иначе: быстрее, образами, ощущениями, так что в виде диалога это записать уже трудно.

А вот дышится – легко. Ну, а как иначе может дышаться, если ты чувствуешь, что каждый раз вдыхаешь Бога.
---
Как думаете правда или выдуманный рассказ?