Вот зачем лишать человека мечты стать монахом и все старания отсюда зря, просто потеря времени?

но зачем навязывать ребенку эти вещи, зная, что он настроен в монастырь пойти? и если ребенок отказывается - заставлять даже применяя силу. разве так можно? зачем навязывать общение с противоположным полом, заставлять с 8 марта поздравлять мам, бабушек, зачем запрещать поститься, заставлять посещать концерты, разные мероприятия, привязывать к радио и телевизору? а потом привыкает незаметно, а в монастыре потом испытает шок от неодобрения настоятелем этих привязанностей. а отказаться будет уже тяжело особенно если этого держался годами. я хотел стать монахом в принципе будучи взрослым, но я никак не хочу расставаться с гитарой и рок-музыкой. и я хотел сохранить это право играть на гитаре в монастыре и слушать рок. но увлечение не одобрили в монастыре и я ушел, хлопнув дверью и разочаровавшись в православии. когда потом кришнаитом был, настраивался стать брахмачари. в армии готовился. но санкции, что ввели против меня (санкции заключались в виде запрета посещения программ) усилили после армии и не верили в мои раскаяния и я им устал раскаиваться (да. нарушал у них, показывал жест коза, хрипел, рычал и рок пропагандировал, но после отстранения от программ стал извиняться и вести себя по-другому. но раскаяния были как мертвому припарка, бесполезны. мне не верили и заявки не одобряли и о том, чтоб стать брахмачари практически речи не вели (вели, говорили на что пойти придется и в армии к этому готовился). но после армии мало того что снова не одобрили заявку восстановиться на программах и стать брахмачари (хотя вел разговор и мне говорили что вроде можно) я покинул исккон и спился, прекратил свое существование в кришнаитах. потом был атеистом и алкашом, спился тогда от этого. а позже принял католичество. и монахом стать не смогу потому что гитарист + без девушки уже не могу. раньше не сильно к девушкам тянуло, потому хотел стать монахом как можно раньше - в 23 года хотя бы. но планы оборвали санкциями. в 23 года уже в католичестве определился, а в 28 лет официально присоединился к католической церкви.