Господи , почему я такой ленивый пёс?

За вас не скажу, но по себе знаю, что в моменты моей лени мой разум как бы раскалывается на два враждующих лагеря — царя и народ.

Я нахожусь в лагере царя и хочу заставить народ (то есть свое тело) работать вопреки всему.

Но последнее слово всё равно остается за народом: он бастует, и тело мне не повинуется, как бы я себя ни заставлял.

Проблема в том, что плохой из меня царь, если я не прислушиваюсь к нуждам своего народа. Народ бастует, потому что я его не услышал, не ответил по существу на его требования.

Я начинаю прислушиваться к сигналам от своего тела, чтобы понять, чего ему не хватает для нормальной деятельности.

Я допускаю, что мое тело, мой народ, может быть в чём-то правым, когда выбирает лень. Допускаю, что лень может быть обоснованной и целесообразной. Я сознательно ищу аргументы, способные оправдать мое бездействие как разумный выбор.

И тогда всплывают какие-то потребности, которые я в себе глушил слишком долго и старался не замечать.

Может быть, я устал и давно не спал. Может быть, слишком долго сижу дома и оттого у меня упадок сил. Может быть, у меня живот болит. Или моя жизнь в последнее время пуста и беспросветна, так что пора бы уже заняться чем-то новым.

Занявшись этими потребностями, я привожу тело в порядок. А оно, как будто в знак благодарности, начинает мне повиноваться.

Два лагеря, царь и народ, снова становятся одним целым — человеком.