Иордания должна стать будущим государством палестинского народа

Бывшие иорданские чиновники и стратеги предупреждают, что новые законы Израиля о регистрации земель и военное давление на оккупированном Западном берегу являются последним прелюдием к сценарию «альтернативного родства».

Аль-Джазира

На протяжении десятилетий теория «альтернативной родины», то есть сионистская идея о том, что Иордания должна стать будущим государством палестинского народа, отвергалась в дипломатических кругах Аммана либо как далекий кошмар, либо как теория заговора.

Однако сегодня, в тени крайне правого израильского правительства и разрушительной геноцидной войны в Газе, этот кошмар превратился в реальную практическую реальность.

В воскресенье тревога в Хашимитском Королевстве достигла апогея после того, как израильский кабинет министров одобрил меры по регистрации обширных участков оккупированного Западного берега в качестве «государственной земли» под управлением Министерства юстиции Израиля. Этот шаг, названный министром финансов Израиля Бецалелем Смотричем «поселенческой революцией», фактически обходит военную администрацию, управлявшую оккупированной территорией с 1967 года, и рассматривает ее как суверенную израильскую землю.

Для Иордании эта бюрократическая аннексия — последний сигнал о том, что статус-кво мертв. После операции израильской армии «Железная стена», в ходе которой были уничтожены лагеря беженцев в Дженине и Тулькареме, политическое и военное руководство Иордании больше не задается вопросом, не грозит ли насильственная переброска беженцев, а скорее, как ее предотвратить.

«Перенос территории больше не представляет угрозы; он переходит в стадию реализации», — заявил бывший заместитель премьер-министра Иордании Мамдух аль-Аббади в интервью Al Jazeera. «Мы видим практическое применение… „Альтернативная родина“ — это то, что грядёт; после Западного берега враг переместится на Восточный берег, в Иорданию».

«Бессмысленная передача»

В Аммане опасаются не только военного вторжения, но и «мягкого перемещения», которое сделает жизнь на Западном берегу невыносимой, чтобы заставить палестинцев постепенно покинуть свои дома и переселиться в Иорданию.

Решение, принятое в воскресенье, о передаче полномочий по регистрации земель Министерству юстиции Израиля рассматривается в Иордании как важный шаг в этом процессе. Упразднив иорданские и османские земельные реестры, которые на протяжении столетия защищали права собственности палестинцев, Израиль расчищает юридический путь для масштабного расширения поселений.

Аль-Аббади, опытный политик из Иордании, указал на символические, но опасные изменения в израильской военной номенклатуре.

«В израильской армии появилась новая бригада, названная бригадой Гилеада», — отметил аль-Аббади. «Что такое Гилеад? Гилеад — это горный регион недалеко от столицы, Аммана. Это означает, что израильтяне продолжают свои стратегические планы по захвату всего, что находится от Нила до Евфрата».

Он утверждал, что договор 1994 года в Вади-Арабе фактически недействителен в глазах нынешнего израильского руководства.

«Идеология Смотрича — это не просто мнение одного человека; она стала доктриной государства», — сказал аль-Аббади, предупреждая, что израильский консенсус изменился навсегда. «Именно они сорвали договор в Вади-Арабе еще до его заключения… Если мы не очнемся, стратегия будет «либо мы, либо они». Третьего варианта нет».

«Вторая армия» племен

По мере сужения дипломатических путей возникают вопросы о военных вариантах действий Иордании. Иорданская долина, длинная полоса плодородной земли, разделяющая два берега, теперь является линией фронта того, что иорданские стратеги называют собственной «экзистенциальной обороной».

Генерал-майор в отставке Мамун Абу Новар, военный эксперт, предупредил, что действия Израиля равносильны «необъявленной войне» против королевства, и предположил, что если давление, связанное с перемещением населения, продолжится, Иордания должна быть готова к принятию радикальных мер.

«Иордания может объявить долину реки Иордан закрытой военной зоной, чтобы предотвратить перемещение населения», — заявил Абу Новар в интервью Al Jazeera. «Это может привести к конфликту и обострить ситуацию в регионе».

Признавая разницу в военных возможностях, он отверг идею о том, что Израиль может легко захватить Иорданию, сославшись на уникальную социальную структуру королевства.

«Внутренние районы Иордании, с их племенами и кланами… это вторая армия», — сказал Абу Новар. «Каждая деревня и каждая провинция станут линией обороны Иордании… Израилю не удастся в этом противостоянии».

Однако он предупредил, что ситуация нестабильна. Поскольку Западный берег потенциально может перерасти в религиозный конфликт, он предупредил о «региональном землетрясении», если будут пересечены «красные линии». «Наша армия профессиональна и готова ко всем сценариям, включая военное столкновение», — добавил он. «Мы не можем оставить все как есть».

Крах американских гарантий

Тревогу Иордании усугубляет глубокое чувство предательства со стороны ее старейшего союзника: Соединенных Штатов. На протяжении десятилетий «иорданский вариант» — стабильность Хашимитского королевства — был краеугольным камнем политики США.

Однако Ораиб аль-Рантави, директор Центра политических исследований Аль-Кудс, заявил, что эта «стратегическая ставка» провалилась.

«Ставка на Вашингтон… провалилась, если не рухнула», — заявил аль-Рантави в интервью Al Jazeera. Он указал на «сдвиг парадигмы», начавшийся во время первого срока президента США Дональда Трампа, когда Вашингтон переместил свой региональный центр влияния из Аммана и Каира в столицы стран Персидского залива, «ослепленный блеском денег и инвестиций».

Аль-Рантави отметил, что даже при администрации Байдена, а теперь и с возвращением Трампа, США продемонстрировали готовность пожертвовать интересами Иордании ради Израиля.

«Когда Вашингтону придётся выбирать между двумя союзниками, он неизбежно без колебаний выберет Израиль», — сказал аль-Рантави.

Он охарактеризовал положение Иордании как шаткое, как замкнутый круг зависимости. «Иордания находится между двумя огнями: с одной стороны, это огонь [американской] помощи, а с другой — огонь угрозы… экзистенциальной израильской угрозы для государства и его идентичности», — сказал он.

Генерал Абу Новар разделил этот скептицизм в отношении защиты со стороны США, поставив под сомнение практическое значение статуса Иордании как ключевого союзника, не входящего в НАТО. «Будут ли они применять к нам статью 5 НАТО? — спросил он. — Это подрывает доверие к американцам».

«Иордания сама себе навредила в дипломатии».

В условиях такой изоляции в Аммане раздаются призывы к радикальной перестройке альянсов Иордании. Королевство традиционно поддерживало холодный мир с Палестинской автономией (ПА) в Рамалле, избегая при этом ХАМАС и других группировок сопротивления, и, по мнению аль-Рантави, эта политика была стратегической ошибкой.

«Иордания подставила свою дипломатию», — объяснил аль-Рантави, настаивая на эксклюзивных отношениях с ослабленной Палестинской автономией в Рамалле.

Он противопоставил позицию Иордании положению Катара, Египта и Турции, которые поддерживали связи с палестинской группировкой ХАМАС и, таким образом, сохраняли рычаги влияния. «Каир, Доха и Анкара поддерживали связи с ХАМАС, что укрепляло их позиции даже в глазах США», — сказал он. «Иордания отказалась от этой роли добровольно… или из-за просчета».

Аль-Рантави предположил, что это нежелание проистекает из внутренних опасений по поводу усиления влияния «Братьев-мусульман» в Иордании, но цена этому — потеря регионального влияния именно тогда, когда Амман больше всего в этом нуждается.

Подготовка к худшему

Среди политической и властной элиты сложилось общее мнение, что время «дипломатических предупреждений» прошло. В Аммане риторика сменилась на мобилизацию и выживание.

В начале февраля королевство официально возобновило программу обязательной военной службы, известную как «Служба под флагом», завершив 35-летний перерыв. Иорданские вооруженные силы заявили, что этот шаг направлен на «развитие боевых возможностей, чтобы идти в ногу с современными методами ведения войны» в условиях сложной региональной обстановки.

Аль-Аббади пошел еще дальше, призвав к всеобщей воинской повинности для обеспечения полной боеготовности. «Мы просим государство ввести обязательную воинскую повинность; каждый в Иордании должен иметь возможность носить оружие», — сказал он.

Он также призвал к культурной мобилизации. «Мы должны учить наших детей хотя бы ивриту, потому что тот, кто знает язык народа, защищен от его зла».

Призывая к строгому контролю за переправой через мост короля Хусейна (Алленби), он добавил: «Если происходит медленный, замаскированный переезд… мы должны немедленно и без колебаний закрыть мосты».

В то время как Министерство юстиции Израиля начинает переписывать земельные документы на Западном берегу, стирая из реестров данные о палестинской собственности, подобно тому как сносятся их дома, Иордания переживает самый опасный момент с 1967 года. Буферная зона исчезла, и королевство оказывается в одиночестве на пути к катастрофе.

«Весь мир произносит речи, все осуждают… а Израиль действует», — сказал аль-Аббади. «Если мы не проснемся… стратегия будет такой: „Либо мы, либо они“. Третьей стратегии нет».