анатолий розет
Высший разум
(108718)
12 лет назад
Михаил Лермонтов, «Тамбовская казначейша» :
Пускай слыву я старовером,
Мне всё равно — я даже рад:
Пишу Онегина размером;
Пою, друзья, на старый лад.
Прошу послушать эту сказку!
Её нежданую развязку
Одобрите, быть может, вы
Склоненьем лёгким головы.
Обычай древний наблюдая,
Мы благодетельным вином
Стихи негладкие запьём,
И пробегут они, хромая,
За мирною своей семьёй
К реке забвенья на покой.
К онегинской строфе обращались Вячеслав Иванов, Максимилиан Волошин, Юргис Балтрушайтис.
Онегинская строфа была использована по-английски Владимиром Набоковым, сочинившим стихотворение «О переводе „Евгения Онегина“» (англ. On Translating Eugene Onegin), в двух строфах которого объясняется решение Набокова перевести пушкинский роман на английский язык прозой.
Онегинской строфой написано также стихотворение Джона Столлуорси «Щелкунчик» (англ. The Nutcracker; 1987), посвящённое Исайе Берлину.
Диана Бургин «Ричард Бургин. Жизнь в стихах» (англ. Richard Burgin. A Life in Verse; 1988) :
My father, full of marvelous stories,
At eighty-seven had a stroke,
And left untold the joys and worries
He’d lived, of which he rarely spoke.
….и так далее…. .
Англо-индийский поэт Викрам Сета «Золотые ворота» (англ. The Golden Gate; 1986),роман в стихах состоит из 690 строф четырёхстопного ямба, выдерживающего положенную рифменную схему.
To make a start more swift than weighty,
Hail Muse. Dear Reader, once upon
A time, say circa 1980,
There lived a man. His name was John.
Successful in his field though only
Twenty-six, respected, lonely,
One evening as he walked across
Golden Gate Park, the ill-judged toss
Of a red frisbee almost brained him.
He thought, «If I died, who’d be sad?
Who’d weep? Who’d gloat? Who would be glad?
Would anybody?» As it pained him,
He turned from this dispiriting theme
To ruminations less extreme.
Варвара Шелковская
Просветленный
(22722)
12 лет назад
Вам ответили все правильно, но мне захотелось обратить внимание на -
На изобретение строфы Пушкина натолкнуло, возможно, одическое стихотворение Г. Державина «На новый 1797 год» , состоящее из трех циклов; в каждом цикле первая строфа состоит из 10 стихов, следующие за ней три строфы содержат в себе по 14 стихов. Державинская 14-стишная строфа состоит из четырех частей: четверостишие с перекрестными рифмами, двустишие со смежными рифмами, четверостишие с перекрестными рифмами и заключительное четверостишие с охватными (опоясанными) рифмами. Державинская строфа не удержалась в русской поэзии; главный недостаток ее заключается в том, что двустишие со смежными (женскими) рифмами находится после первого четверостишия, между тем форма двустишия как нельзя лучше подходит для строфической концовки, что и понял Пушкин, придавший этому заключительному двустишию, помимо энергичного звучания (мужские рифмы) , характер афоризма или пуанта.
Источник: Квятковский
Alexander Grishchenko
Просветленный
(22731)
12 лет назад
Большой талант всегда тревожит
и, жаром головы кружа,
не на мятеж похож, быть может,
а на начало мятежа.
Ты в мир, застенчив по-медвежьи,
вошёл, ему не нагрубив,
но ты невольно был мятежен,
как непохожий на других.
А вскоре стал бессильной жертвой,
но всем казалось, что бойцом,
и после первой брани желчной
пропал с загадочным лицом.
Ты спрятался в свою свободу,
и никому ты не мешал,
как будто бы ушёл под воду
и сквозь тростиночку дышал.
С почетом, пышным и высоким,
ты поднят был, немолодой,
и приняла земля с восторгом
накопленное под водой.
Но те, кто верили по-детски
тебе в твои дурные дни
и ждали от тебя поддержки, -
как горько сетуют они!
Живешь расхваленно и ладно.
Живешь, убого мельтеша,
примером, что конец таланта
есть невозможность мятежа.
1956
Источник: Е.Евтушенко. Сборник "Нежность".
Fanny Fler
Оракул
(52691)
12 лет назад
"(...) Достоевский сказал на Пушкинских торжествах в Москве 8 июня 1880 г. : "Пушкин умер в полном расцвете сил и бесспорно унёс собой в гроб некоторую великую тайну. И вот мы теперь без него эту тайну разгадываем. "
Одна из составляющих этой тайны – загадка "онегинской строфы". Я сделал для себя удивительное и захватывающее открытие в читанном-перечитанном "Евгении Онегине". Как я этого не заметил раньше? Почему упоминание об этом не попадалось мне в разных материалах, посвящённых жизни и творчеству Пушкина? Может быть, и другие не заметили, а если и заметили, то не сочли достойным упоминания? В общем, мне открылась загадка "онегинской строфы" – она представляет собой по форме слегка закамуфлированный английский сонет.
Мне кажется очевидным, что онегинская строфа – сонет, придуманная Пушкиным разновидность формы с совершенно новым содержанием.
Пушкин был хорошо знаком с английским и итальянским сонетами. В первой главе "Онегина" есть ссылки на знаменитых авторов сонетов. Строфа XLVIII:
"И нас пленяли вдалеке
Рожок и песня удалая.. .
Но слаще средь ночных забав,
Напев Торкватовых октав! "
Имеется в виду Торквато Тассо, современник Шекспира, последний великий поэт итальянского Возрождения.
Строфа XLIX:
"Он свят для внуков Аполлона;
По гордой лире Альбиона
Он мне знаком, он мне родной.
Ночей Италии златой
Я негой наслажусь на воле,
С веницианкой молодой,
То говорливой, то немой,
Плывя в таинственной гондоле;
С ней обретут уста мои
Язык Петрарки и любви. "
"Гордая лира Альбиона" – намёк на Байрона, "язык Петрарки и любви" – язык сонета, который Франческо Петрарка довёл до совершенства. "Венецианка молодая" – образ, навеянный Амалией Ризнич, наполовину итальянкой, которой Пушкин был увлечён во время написания процитированных строк (поэт сам обозначил это время примечанием к строфе L "писано в Одессе" и планом романа, составленным в Болдине в сентябре 1830 г. , где указано, что первая глава написана в Кишинёве и Одессе, вторая – в Одессе, а третья – в Одессе и Михайловском) .
В строфе LVIII ещё одно упоминание о Петрарке:
"Любви безумную тревогу
Я безотрадно испытал.
Блажен, кто с нею сочетал
Горячку рифм; он тем удвоил
Поэзии священный бред,
Петрарке шествуя вослед... "
Сонеты Петрарки, обращённые к возлюбленной, пользовались популярностью во времена молодого Пушкина.
В неполной пятой строфе "Отрывков из путешествий Онегина" Пушкин пишет "Там пел Мицкевич вдохновенный", имея в виду "Крымские сонеты" А. Мицкевича, написанные в 1826 г.
Сонеты – не удивительно, что сонет лёг в основу онегинской строфы. Но если серьёзная, классическая форма сонета, "материи" которого надлежит быть "важной и благочестивой" (В. К. Тредиаковский) , выбрана для усиления поддразнивающего эффекта ироничного содержания, то остаётся вопрос, требующий разъяснения: почему именно английский сонет, а не итальянский?
На русской земле родилась видоизменённая форма английского сонета, вобравшая в себя совершенно новое содержание, которую назвали "онегинская строфа", а следует называть "пушкинский сонет" по аналогии с "шекспировским" и "спенсеровским". Великий поэт опередил реформаторов русского сонета первой четверти XX века на сто лет, но никто не выделил это обстоятельство как исключительно существенное.
"Евгений Онегин" – огромное собрание сонетов по форме, но вместо благородных элегий, философии, высоких чувств они наполнены простотой, обычностью, повседневностью жизни, как писал поэт в посвящении П. А. Плетнёву, "Поэзией живой и ясной, / Высоких дум и простоты".(...)"
Семён Прокатов
"О неизменной форме для разнообразного наполнения"
Когда не в шутку занемог,
Он уважать себя заставил
И лучше выдумать не мог.
Его пример другим наука;
Но, боже мой, какая скука
С больным сидеть и день и ночь,
Не отходя ни шагу прочь!
Какое низкое коварство
Полуживого забавлять,
Ему подушки поправлять,
Печально подносить лекарство,
Вздыхать и думать про себя:
Когда же чёрт возьмёт тебя?»